Никита А. Филин, кандидат исторических наук, доцент, 125993, Россия, г. Москва, Миусская пл., д. 6
Nikita A. Filin, Cand. of Sci. (History), associate professor, bld. 6, Miusskaya sq., Moscow, Russia, 125993
Владимир О. Кокликов, 125993, Россия, г. Москва, Миусская пл., д. 6; 119034, Россия, г. Москва, ул. Остоженка, д. 38
Vladimir O. Koklikov, bld. 6, Miusskaya sq., Moscow, Russia, 125993; bldg. 1, bld. 38, Ostozhenka st., Moscow, Russia, 119034
Николай А. Медушевский, доктор политических наук, 125993, Россия, г. Москва, Миусская пл., д. 6
Nikolay A. Medushevsky, Dr. of Sci. (Political Science), bld. 6, Miusskaya sq., Moscow, Russia, 125993
В статье исследуются сущность и функционирование концепции «Исламского пробуждения» (ИП) (перс. – бидарийе эслами) в Иране, которая была актуализирована иранской политической элитой в качестве описания событий, связанных с «Арабской весной», а также внешнеполитической доктрины Исламской Республики Иран (ИРИ) в 2010-х годах. Как показывает данное исследование, этот термин появился в иранском социально-политическом дискурсе еще в предыдущие десятилетия и имеет сходство с понятием «исламское возрождение», охватывающем в исламском мире в разные исторические периоды огромное число разнородных движений. Авторы статьи проводят анализ идеологических корней данной концепции, которые восходят к идеям основателя ИРИ аятоллы Рухоллы Хомейни, получившим название «Экспорт исламской революции» (перс. – содурэ энгелабе эслами). Большое внимание уделяется выявлению сущности данной концепции и ее отличию от ИП, что также было выявлено настоящим исследованием. В настоящей статье также анализируются основные принципы концепции «Исламского пробуждения», проявляемые как в высказываниях высших представителей иранской политической элиты, так и в школьном учебнике по современной истории Ирана. Авторы также стремятся рассмотреть динамику употребления термина «Исламское пробуждение» в иранском социально-политическом дискурсе, заключающуюся в сильном росте его упоминания в 2011 г. и постепенном сокращении его использования после 2013 г., что было связано как с уменьшением влияния событий «Арабской весны» в регионе Ближнего и Среднего Востока, так и с изменением внешнеполитических взглядов главных политических деятелей внутри Ирана.
The article examines the essence and functioning of the concept of «Islamic Awakening» (IA) (Persian – bidariye eslami) in Iran, which has been actualized by the Iranian political elite as a description of events related to the Arab Spring, as well as the foreign policy doctrine of the Islamic Republic Iran (IRI) in the 2010s. As this study shows, this term appeared in Iranian sociopolitical discourse in previous decades and has similarities with the concept of «Islamic revival», covering a vast number of diverse movements in the Islamic world in different historical periods. The authors of the article analyze the ideological roots of this concept, which dates back to the ideas of the founder of the Islamic Republic of Iran, Ayatollah Ruhollah Khomeini that received the title «Export of the Islamic Revolution» (Persian – sodure engelabe eslami). Much attention is paid to identifying the essence of this concept and its difference from IA, which was also revealed by the present study. This article also analyzes the basic principles of the concept of «Islamic Awakening», manifested both in the statements of the highest representatives of the Iranian political elite and in the school textbooks on the modern history of Iran. The authors also seek to examine the dynamics of using the term «Islamic Awakening» in the Iranian social and political discourse, which demonstrates a strong increase in its mentioning in 2011 and a gradual decrease after 2013, which was related to a decline in the influence of Arab Spring in the Near and Middle East region and changes in the foreign policy views of the main political figures inside Iran.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.